15:54 

"Сердце волшебства", глава 8

Ando Gro
defying gravity
Душит, душит меня, хочу освободиться, прогнать - и захлёбываюсь слезами. Песня звенит под кожей, хочет вырвать из кошмара, но тяжёлый свинец давит горло, выламывают мне рёбра строки чужого языка, петь не могу - рот забит мокрым пеплом. Одним ударом выбрасываю себя из сна, взвизгивают мышцы, как от усталости сражения - но всё вокруг зловеще и недвижимо, и тяжесть тёмного железа гудит в груди, потолок обрушивается на меня огромными ломтями, не могу дышать. Наспех умывшись и одевшись, связав волосы в тяжёлый узел, вырываюсь из комнаты - мерцающее течение тишины успокаивает меня, иссушает слёзы - но я не могу заставить себя вернуться, не могу заставить себя дождаться, когда ты позовёшь меня и подаришь новое утро. Бреду к твоей двери, обхватив себя руками, жду, прислонившись к холодному камню. Я верил, что после победы этот кошмар исчезнет, я верил, что сюда ему не добраться. Но он как яд в моей душе, никогда не оставит, не оставит пока не разрушит меня. Больше не засну.
Жду тебя и вспоминаю песню - она вьётся меж пальцев, кажется невесомой, но раскалённым веретеном кружится в груди. Песня связи - может соединить души, может расплести давние узы, сделать межзвёздную пустоту холодней. Наше небо пронизано лучами света, но теперь, здесь, я вижу и эту пустоту - океан пустоты, бьющийся о берег неизведанной земли, океан пустоты, нас с тобой разделивший.
- Хорошо, что ты здесь, - падаю в голос твой, как в прибой, осыпанный утренним светом Я вскидываю глаза - ты стоишь на пороге, ты рад, но на меня не смотришь, смотришь куда-то за невидимый мне горизонт, - сейчас начнём.
Прежде, чем привычная сосредоточенность сковывает меня, я выдыхаю запальчиво:
- Можно, я буду говорить с тобой мысленно, когда я один? - как раньше, как до войны, - Я не буду мешать?
- Конечно. Многое мысленно проще сказать.
Твоё изумление и радость согревают меня, и я верю - правда смогу заговорить, и больше кошмар меня не настигнет, и пустота озарится моим голосом, соединит нас. Когда-нибудь так и будет.


- Сейчас многое зависит от Мельтиара, - Сэртэнэ садится возле меня, но тепло его недостижимо, - но всё непросто.
Он смотрит в недоступную мне даль, сквозь толщи камня, нависающие вокруг, сквозь мир, сквозь небо за его пределами. Вцепившись в гладкую обивку скамьи, я жду, что когда-нибудь этот взгляд пронзит пустоту, вернётся во времени, коснётся меня, и Сэртэнэ сможет меня увидеть, всё поймёт.
Но нет. Не хочет на меня смотреть. Не хочет, чтобы я был так близко.
И всё равно мысленно я следую за его взглядом - свет множества жизней расцветает вокруг, свет прекрасный, тоскующий и печальный. Песня связи кружится всё быстрей, и каждое касание соединённых душ откликается гулкой болью - ожог, ледяное крошево, мучительная ночь. Я осторожно вдыхаю боль, но спустя всего удар сердца небо вновь заволакивает её тень.
И тогда я решаюсь спросить:
- А Мельтиар понимает, что происходит с небом?.. Он же должен помогать...
Кусаю губы, до слёз стыжусь своего вопроса. Я знаю, я вижу, ему плохо сейчас. Сейчас моя вина перед ним кажется неизмеримой. За обман, за бесполезность, за то, что на войне я был так расчётлив, не нашёл сражение своего губительного триумфа, сражение, которое видел в зеркалах и во сне - ведь оно было важным, было ужасно важным, но я упустил его, я выполнял другую задачу. Для чего я был его предвестником? Чтобы знать в лицо тех, сияет сквозь боль, и не уметь помочь им? Я знаю - мог бы помочь ему, всем, но ни до кого не могу дотянуться. Я должен был сделать больше, когда был среди них, а теперь слишком поздно. Я подвёл Бету и Коула, подвёл Мельтиара, всех подвёл, с кем был связан, а теперь подвожу Сэртэнэ - не могу освоиться здесь, боюсь своей комнаты, учусь слишком медленно. Вот почему он не хочет смотреть на меня - отвечает, почти отвернувшись:
- Сейчас многим нужна передышка. Мы решили, что ему тоже. Тем более, после того, что произошло. Может быть, начнёт понимать лучше.
Тишина колодезно-гулкая. Я не срываюсь в эту тишину - Сэртэнэ оборачивается ко мне, и взгляд его, пристальный, тёмный, наконец меня настигает, вонзается в меня, удерживает над пустотой.
- Мы судили его после войны.
Нет, я не падаю в тишину, Сэртэнэ удержит меня, не допустит, я остаюсь с ним - но душа у меня разламывается, осыпается оползнем, сокрушённая этими словами. Вот почему боль заволокла наше небо, от боли этой у меня темнеет в глазах, я молчу, беспомощный, как во сне, не могу шевельнуться, но этот сон страшнее многолетнего моего кошмара. Весь наш мир они освещают вместе, но между ними разлад. Но почему? Разве это возможно? Разве победа - "это ваша победа", солнце, солёный ветер, свободный мир, восторг, смывающий пепел и смерть - не важнее любых ошибок? Разве мы не поможем исправить их вместе, не для этого здесь? Я медлю и медлю, а потом вижу ясно - я ещё не могу ничего исправить, я подвёл всех, я был бесполезен для Мельтара. Тогда, на берегу, я плакал от одиночества, раненый эхом сегодняшней боли, и ничего не сделал, ничего не понял. И если теперь не пойму, для Сэртэнэ тоже стану бесполезен, он пожалеет о том, что выбрал меня, разочаруется, я исчезну. Ничему не научусь, не смогу помочь.
Должен понять.
- Из-за Лаэнара? - я с трудом произношу это имя, мимолётно ловлю отблеск его в нашем небе - он обжигает меня воспоминанием. В последний раз я говорил о нём с командой, когда мы вернулись в город. Душный холод той ночи, вся печаль города, что обрушилась на нас - теперь понятно, почему так было. Наша победа не была важнее всего, Мельтиара судили.
Нет, нет, я должен понять, я пойму.
- Да. Личные предвестники, опоры, отражение его воли - он виноват и сам знает это.
Сэртэнэ произносит это ровно и сдержанно, но ярость его льётся, вибрирует в стенах, раскатисто вспыхивает надо мной. Он говорит, и я слышу песню - сокрушительная, прекрасная, она раскалывает мир, я не хочу ничего понимать, буду просто смотреть на это, я не выдержу, если пойму - но я должен понять. Раз Мельтиар виноват, значит, я видел неверно. Нет сил спрашивать, узнаю потом, важно слушать, важно запомнить.
- Поэтому мы его простили. Победа в кратчайший срок - вот что всегда было его целью, и это отразилось на тех, кто был к нему ближе всего. Это вина, а не преступление, но теперь его четвёрка разбита, не существует как раньше, и всё небо страдает из-за этого. Из-за него.
Небо меркнет на миг, душа моя онемела, ослепла. Мир опустевший молчит вокруг нас. Только голос Сэртэнэ, только его сияние теперь со мной.
- Но мы вернём всем свет, - он произносит это спокойнее, мягче - я оживаю, я вновь вижу звёзды, - наше небо будет сиять ярче, чем прежде.
Да.
Так и будет.
Вернувшиеся лучи текут сквозь меня, и в горении их - тепло и соль, небо раскачивается, размытое моими слезами. Я дарю небу не свет, а боль, не сияние - боль становится сильней и звучней от того, что я разбит и расколот вместе с миром. Жмурюсь, связываю дыхание узлом и слышу голос, острый, безжалостный - клинок в полутьме:
- Неправильно, что он отдыхает, раз знает, что виноват. Все зависят от него, не только ближайшие звёзды, - неужели это мой голос, неужели это я говорю? Узел дыхания расплетается, едва удерживаю всхлип, - невыносимо, что ничего не могу сделать, чтобы помочь. Я бесполезный.
Всё кончено. Никогда не смогу вернуться. Больше не дышу - только твоё дыхание рядом сохраняет мне жизнь. Ты нужен здесь, - ты покачиваешь мою руку в ладонях, твой голос отпечатывается во мне, и в этом прикосновении, в этом звучании я живу, живу потому, что слышу тебя.
- Да, я считаю, что он не прав, - твои слова накатывают, словно волны, укрывая меня от мира, от мира я спрятался в твоей ладони, но вновь и вновь возвращаюсь, и правда сжигает меня - раскол змеится дальше и дальше, пропасть, неизлечимая рана, уже не помочь, не исправить, - ...пусть успокоится, обдумает всё. Острой необходимости в нём нет.
Как же так.
- А если те, кто уплыл, решат вернуться?
Если это случится, я буду здесь, ничего не узнаю, если узнаю - я не смогу помочь. Пытаюсь представить - берег, пена прибоя полоснула по земле, отсекая наш мир от неба, горизонт, погрузившийся за край моря, дымными клочьями приближаются корабли. Но всё слишком смутно, мир покинутый дальше самых далёких звёзд.
- Пророки смотрели вперёд, увидели сотни лет спокойной жизни для нашего мира, - Сэртэнэ сжимает мою ладонь, всё вспыхивает - мой мир теперь здесь, - Не беспокойся. Военный сектор не исчезнет. Мы здесь для того, чтобы защитить наш мир. И Мельтиар долго не будет отдыхать, я обещаю.
Пророки ничего не знают, ничего не видят, не захотели помочь, их предсказания недостаточно, - хочу прокричать. Я им не верю, - взрывается мысль. Но вслух говорю то, что важней. Самое главное.
- Тебе верю.
Я для тебя. Сделаю всё, что скажешь.
- Не беспокойся, - повторяет Сэртэнэ, встаёт, увлекая меня за собой, его голос стал моей силой и жизнью, до дрожи хочу обнять его, но не смею, я помню, не хочет, чтоб я был слишком близко, - Пойдём к источнику. Будешь петь вместе со мной.
Только то, что сияет сильней всего, мне осталось, только твой свет и твой голос, голос источника и неизведанная земля - всё, к чему я возвращался, замирая от счастья, мечтая остаться навечно. Так и случилось.
Вот и всё, что мне удалось понять.

***

Ты снова там, с Первым Источником, снова там, где мне нельзя появляться - но я выхожу в бесконечную ночь бесстрашно, своими шагами выламываю окаменевшее время. После нашей песни, когда я остался один, когда коридоры выцвели и потускнели, я вернулся, я слышал - звёздный поток хранит наши голоса. Если потороплюсь, успею вдохнуть твой голос, мы вновь будем петь вместе, я дождусь рассвета.
И я слышу её, нашу песню, сильна, стремительна, недостижима, реет надо мной, мчится к звёздам, в те пределы, где всё возможно, где я достоин тебя, где ты меня любишь - мой же сегодняшний голос бьётся бессильно о камень, как птица в подполе. Источник окатывает меня искрами, ледяными, родниковыми - обещание, обещание - и я распахиваю душу, моя жизнь сливается с его жизнью, мой голос, мой свет стремится ввысь, за нашими голосами, и я чувствую, как разгорается небо. Вот что я могу, вот что умею! Если получится вычерпать душу глубже, чем могу её ощутить, мой свет поможет, я помогу всем. Песня дрожит вокруг меня алым маревом, дрожит, потревоженная шагами. Я умолкаю - а голос мой колотится бессильно над головой.

- Ты очень быстро учишься, - это Эйана, она улыбается мягко, чарующе, и мой гнев - помешала мне, теперь не догоню, останусь здесь - сглаживается, стихает, я улыбаюсь в ответ, - обычно на это уходит больше времени.

Она принимает меня - вот что я слышу. Все надеются на меня, никто не видит правду.

- Спасибо...- Нервно прячу за ухо локон, волосы кажутся раскалёнными, кожа - ледяной, - как думаешь, что мы можем сделать?

Печаль овевает её лицо, таится в глубине искристых глаз:

- Нужно больше света, - произносит Эйана тихо, и я сознаю - вокруг нас простирается одно небо, истерзанное, неподвластное нам, и она видит то же, что я, но через мгновение всё гаснет, - скоро так и будет.
Вновь бесконечная ночь разделяет нас, как и всех, кто оказался здесь, в чертогах тайны. Эйана говорит:
- Учись, ты очень способный, - но я уже не слышу, хочу остаться один, хочу петь. Пусть будет больше света.


Я покинул источник, когда время стало совсем неподъёмным, а песня закрошилась в горле, как в высохшем русле. Нужно было вернуться - в комнату, запертую в тупике, комнату, забитую доверху тишиной - но я не смог себя заставить. Побрёл по меркнущим коридорам в противоположную сторону.
Тени неизведанной земли подступали ко мне, сгущаясь, чудилось - это лесные тени, это непроглядные кроны, это тяжёлые волны катятся надо мной, шепчут. Я терял дорогу, но шаг за шагом чётче чувствовал их голоса - шёпот чертогов тайны стал мне внятен, зазвучал чистым напевом. Небо покачивалось вокруг, далёкое, но текущее сквозь меня терпкой горечью. Все так далеко. Так далеко. Далеко.
Пулей в грудь ударилось эхо - Ильминар, имя, звёздное имя, Сэртэнэ говорил о нём, он наш, я услышал имя прежде человека, как ты мне объяснял, говорил - смогу узнавать имена, и я узнал, узнал! Радость подхватила меня штормящим порывом, я вскинул руку, взмахнул приветственно, ещё с трудом различая его силуэт. Он приближался ровно, размеренно, устремлённо. Как чёрная сталь, скользящая в облаках.
- Здравствуй! - голос мой прокатился по стенам, слишком громкий и яркий, - Ты - Ильминар, правда ведь?
Правда, я вижу, что правда.
Он минует меня, осеняя тенью улыбки - но лицо его неподвижно, в глазах тихая пустота, как в моей покинутой комнате, я бежал от этой пустоты, и я отступаю. Он человек из сна, стремящийся к своей цели. Или я - человек из его сна? Тёмные волосы сбиты, скручены в косу - сейчас он спит где-то, позабыв её расплести. Шаги в полутьме вспыхивают и гаснут. Пусть я ошибся. Пусть это другое имя.

- Вчера я видел Ильминара...кажется. Что с ним?..
Утро вернулось, мы снова вместе, но я не успел отдохнуть, всё плывёт мимо, не могу сосредоточиться. Сэртэнэ медлит с ответом. Хочу уронить голову ему на колени, хочу признаться в этом желании, он сможет меня сохранить, сможет меня удержать.
- Ильминар постоянно в потоке Первого источника. Он отсёк себя от внешней жизни. Сделал это для того, чтобы во время войны у всех было больше сил. В этом не было необходимости, и сейчас нет. Но он принял такое решение. Самостоятельно.

Чтобы у всех было больше сил. Если бы мне хватило смелости сделать так, я смог бы помочь. Это то, что я умею, то, что я могу.
Когда сгущается тишина, когда остаюсь один, лежу поперёк постели, вглядываюсь в камень, глухой, непроглядный, всё и всюду из камня, из тишины. Только небо звучит печалью, темнеет с каждым вдохом.
Нужно больше света, и я понимаю - вот для чего я здесь. Вот что я сделаю. Пусть источник меня заберёт. Отыщу твои сны, пересеку разделившую нас пустоту, сдержу обещание, буду сиять для тебя. И у всех будет больше сил.
Или это не то, что ты хочешь?
Моя жизнь - твой голос. Должен услышать, должен узнать.
Как мне узнать?

@темы: "Сердце волшебства", Кори, Сэртэнэ, текст

Комментарии
2015-06-06 в 14:44 

Emy Olwen
Солнце и кровь
Кори такой устремленный, бескорыстный человек - такая исренняя готовность отдать себя ради блага других Т______Т
Прекрасный текст, очень выразительный и прочувствованный, переживаю за Кори.

2015-06-06 в 16:40 

Ando Gro
defying gravity
Emy Olwen, спасибо огромное!!
нууу я б не сказал что он совсем бескорыстный, хоть и не корыстный конечно))))))
ыыыы Т___Т

2015-06-06 в 21:06 

Ando Gro
defying gravity
я тут подумал, что-то я погорячился конечно насчёт небескорыстности))))зря я так))))

2015-06-06 в 21:13 

Emy Olwen
Солнце и кровь
Ando Gro, да. ЗРЯ. Я уже хотела наругать тебя ))))

   

Предвестники

главная